Лев Толстой и оборона Севастополя.
Часть 2.
Один из участников обороны Севастополя вспоминал, что в сочинении этих на редкость смелых стихов принимали участие несколько человек, в том числе и Толстой. А вот другое свидетельство, тоже участника тех событий: “Иногда, записав с его слов стихотворения, мы показывали их Толстому, а он их исправлял, а затем они распространялись в военном обществе”. Однако писатель, признав однажды свой вклад в создание песни “Как восьмого сентября...”, по прошествии времени, в 1903 г. заметил: “Стихотворений никаких, кроме песни “Как 4-го числа...”, не сочинял”. Весьма примечательно, что Н. А. Некрасов, писавший Толстому в Крым, просил присылать в “Современник” побольше рассказов о событиях в Севастополе и особенно хвалил его за ставшую уже популярной песню “Как восьмою сентября...”
И “Севастопольские рассказы”, и куплеты солдатских песен рождались не в кабинетной тиши, а буквально на поле боя. Толстой вызывался добровольцем на опасные вылазки в траншеи противника не только тогда, когда ему довелось служить на знаменитом 4-м бастионе, но и во время частых самовольных приездов в Севастополь, когда батарея его стояла под Симферополем или на Бельбекских позициях.
Сохранился “Наградной список на поручика Л.Н. Толстого”, где в графе “За что испрашивается награда” записано: “За нахождение во время бомбардирования на Язоновском редуте 4-го бастиона, хладнокровие и распорядительность для действий противу неприятеля”. Кроме повышения в чине, Толстой “за отличную храбрость и примерную стойкость, оказанные во время усиленного бомбардирования Севастополя”, был награжден орденом Св. Анны 4-й степени с надписью “За храбрость”.
Старший офицер батареи, к которой одно время был прикомандирован Толстой со своим взводом горной артиллерии, Ю.И. Одыховский вспоминал о столкновениях писателя с “персонажами” сочиненных им куплетов. Начальник артиллерии Севастополя генерал Шейдеман, который должен был затопить при отходе 90 орудий в море так, чтобы они не достались неприятелю, но не справился с этим (затопил на мелководье), вздумал однажды отчитать подпоручика за опоздание. “Я, ваше превосходительство, — с иронией объяснил Толстой, — переправлялся через реку... Думал, затопить ли орудия?”
|
